Chapter Text
Идя с занятий, он не мог избавиться от того ощущения, что настигло его в январскую прогулку с гимнасткой. На станции в метро, в уличных проходах, среди толпы, — оно было везде. Попытки скрыться совсем не помогали, по спине неприятно кололи ледяные мурашки.
Подобное случалось с ним однажды, когда люди Шидо пытались выследить его. Эти мужчины в костюмах на вид серьёзные и суровые не могли сравниться с той интенсивностью, что поглощала на данный момент, подавляя своим призрачным присутствием. Сохраняя непринуждённый вид, он постарался слиться с толпой, но в этом и была его ошибка.
Кто-то обхватил его плечи, приставил к спине скрытый одеждой пистолет и с улыбкой в голосе протянул совершенно умиротворённо:
— Здравствуй, Курусу.
Кровь застыла в жилах. Он бы не смог и сделать шагу, если бы обладатель до боли знакомого, но в равной степени совершенно неизвестного, голоса не повёл его в переулок на первый взгляд не такой заметный и достаточно тихий.
Ноги, казалось, налились свинцом, он плёлся вперёд, подталкиваемый упирающимся дулом пистолета, наверняка с глушителем. Позвать на помощь казалось самым разумным, но в то же время он мог упустить что-то. Возможно, что-то важное. Если это был он... То Акира никогда бы не смог отказаться.
— Сладких снов. — Голос вновь сладко промурлыкал у его уха, когда ко рту и носу прижали обработанный платок.
***
— Соскучился по мне?
Слова обрывками прорывались сквозь толщу материи сна и реальности, как выражался когда-то Игорь о Бархатной Комнате. Акира не знал где да и сил думать как и кто никаких не находилось. Его тело было тяжёлым, он не мог двинуться как и раскрыть полностью глаза, всё ещё теряя сознание в пропасть темноты.
— Тшш, тише-тише, — что-то мягкое провело по его волосам, зарываясь в них и с чувством размеренно надавливая, — ты должен спать, но при этом достаточно бодрствовать, чтобы почувствовать.
Кожи груди и живота коснулся холод, от которого потянуло раскрыть глаза, но тут же всё затопило убаюкивающим теплом, перерастающим в приятный жар, от которого все натянутые в до этого неосознаваемом напряжении мышцы расслабились. Акира глухо простонал, когда мягкость на его шее внезапно заострилась, и что-то плавно скользнуло прямо по его венам.
— Мне жаль, что я не вовремя, — вместо слов был всё ещё неразборчивый окутывающий мягким бархатом шёпот, горячо касающийся ушей, доносившийся прямо в голове, заполняя собой абсолютно всё. — Твои друзья очень преданные, очень милые, очень добрые, очень...
Что-то почти не касаемо надавило на живот, поднимаясь вверх и обхватывая крепким, словно клешни, захватом соски, вырывая вздрагивание и Акиру из сна лишь на пару микросекунд, за которые он ничерта не разглядел. Оно сжимало и крутило возбуждённо затвердевшую розовую плоть, мягкое и горячее раздразнивало гибкими движениями, и если бы Акира сейчас пришёл в себя, то увидел перед собой покрасневшую от ласк и укусов кожу, по которой стекали капли пота, размазанную слюну, в которой чётко выделялась кровь и крепко обхваченный ладонью собственный истекающий смазкой член, стоявший и напрягавшийся с каждым движением тонких пальцев.
— Вот так, ну разве ты не хороший мальчик, — сладкие звуки обволакивали стенки черепа мёдом. — Всё лучше, когда ты молчишь.
Большой палец проделал несколько круговых движений по головке, последующая пульсация и не достигнутое облегчение вырвало идущее откуда-то прямо из грудной клетки скуление. Сверху усмехнулись, а потом наступило то, от чего Акира почувствовал, как сжимаются на его ногах пальцы.
Два пальца с лёгким сопротивлением проникли внутрь его ануса, раздвигаясь ножницами, давящими на сжимающие их стенки, другая ладонь сжимала его ягодицы, разминая и впиваясь острыми ногтями, протыкая до крови кожу. Сладкое мурчание сменилось чем-то более свирепым, голодным, кажется, торжествующим, сквозь сон Курусу чувствовал себя полностью и целиком раскрытым, жалким, но получающим от этого извращённое удовольствие.
Края его ануса жадно приняли в себя третий палец, сжимаясь вокруг них и пульсируя. По уголкам губ Курусу ползли собравшиеся слюни, он дышал всё ещё глубоко, но следующий выдох прозвучал так томно, его бёдра дёрнулись вперёд, стремясь насадить себя на источник удовольствия, мышцы сокращались каждый раз, когда пальцы двигались, звуки стали нетерпеливыми, и с отчаянием Акира подался вперёд к трению, желая как можно больше, жарче, глубже его внутри себя.
— Это мой запоздалый подарок, — прежде чем что-либо прозвучало дальше, сильный толчок выбил из полубессознательного Акиры весь воздух, на момент показалось, что он задохнётся, а заодно и захлебнётся собственной скопившейся во рту слюной, но плавным движением оно выскользнуло, на секунду обеспечивая передышку в резко прохладной пустоте внутри.
От которой Акира чувствовал, что вот-вот беспомощно заноет, но с грубым звуком в него снова вошли, явно набирая темп. Горячий и пульсирующий от возбуждения внутри, это ощущение нельзя было с чем-либо сравнить. Его тело точно извивалось, подстраиваясь под проникающие движения и сделать это получалось довольно легко, пальцы ног то и дело сжимались и разжимались при каждом влажном развратно хлюпающем от обилия смазки толчке.
Никогда таких снов у него не было. Нет, конечно, бывало что-то непристойное, но никогда оно не доходило до такого уровня, чтоб его так собственнически и грязно трахали и вжимали в поверхность под ним, будто хотели использовать его тело, чтоб её протереть.
На пару секунд его глаза приоткрылись, медленно закатываясь под тяжёлые веки, когда его кудрявые волосы с силой сжали, откинули назад голову, и зубы сомкнулись на выступающих ключицах, из его горла донёсся откровенно развязный стон.
Движения внутри продолжали теперь уже бессвязную долбёжку, попадавшую несколько раз по простате и вызывая под тонкой кожей глаз разноцветные искры, Акира прерывисто дышал, всеми силами желая проснуться, чтобы только увидеть, чтобы наконец подтвердить догадку, но хриплый стон сверху и заполнившая его в момент горячая вязкая полнота отправили в нокаут.
***
— Хей, малыш, выглядишь мрачно. Плохо спал?
— А?
Акира проморгался, резко сглатывая и облизывая засохшие губы.
— Верну-ка я тебе Моргану, честное слово вы, дети, своим режимом сна меня с ума сводите, — Соидзиро тяжело вздохнул, перестав смотреть на своего протеже.
— Извините, Босс, просто... Думаю, кое-что вспомнил, мне нужно подняться.
В кармане его куртки лежало единственное подтверждение, что всё это было не сном. На маленькой бумажке каллиграфическом подчерком было выведено:
«С Днём рождения, Курусу.»